ТАГАНКА -АНТИТЮРЬМА

Когда Таганка, как театр, еще зарождалась, даже не имела своего имени (помню, как потом скопом долго подбирали ей наименование, а начальство все не разрешало ее Таганкой называть), ко мне на Елоховскую приехали темногривый создатель ее Юрий Петрович Любимов и завлит Элла Левина. Он еще не был великим режиссером, но уже чувствовал свое предназначение, нетерпеливо поигрывал под курткой плечами гимнаста, привыкшего крутить солнце на турнике. На него опасливо косились в коридорах власти. Гости предложили мне стать автором нового театра.

Дело в том, что Любимову с его Вахтанговской студией дали помещение малоизвестного театра на Таганке. Идея приглашающих была: устроим ваш вечер Поэт и театр, будет скандал, и публика узнает путь к театру. Я согласился читать во втором отделении, если в первом актеры будут читать за меня.

Результатом явились два сценических вечера, именовавшихся в афише Поэт и театр. Полтора месяца репетировали. Музыку написали В. Высоцкий, В. Васильев и Б. Хмельницкий. Так родился спектакль Антимиры, прошедший потом более 900 раз. Так первая встреча с Таганкой продлилась на годы. Так в мою жизнь шумно вошли В. Высоцкий, В. Смехов, В. Золотухин, А. Демидова, 3. Славина, Н. Шацкая, Т. Додина, Б. Хмельницкий, Гоша Ронинсон всех не назвать... А потом новая волна Л. Филатов, Д. Боровский, Т. Сидоренко, словом, все таганцы. Как, наверное, и я вошел в их жизнь. Неверно, что они читали под Вознесенского они читали не как актеры, а как поэты.

Антимирам было суждено стать первым спектаклем, уверенно пошедшим на таганской сцене. Его сыграли даже раньше, чем Десять дней.... В Антимирах Высоцкий впервые в жизни вышел на театральную сцену с гитарой. Каждый сотый спектакль играли особо. Мы с актерами писали новые тексты, турандотствовали после спектакля, я читал в зале новые стихи так были впервые прочитаны Стыд, Оптимистический реквием по Владимиру Высоцкому, Васильки Шагала.

Власти периодически пытались закрыть спектакль. Помню, один из юбилейных Антимиров пришелся на 3 февраля 1965 года. Я вышел на сцену и сказал: Сегодня у нас особо счастливый день. Все захлопали. Я, подумав, пояснил залу: Сегодня день рождения завлита Э. П. Левиной. Наутро директора театра Н.Л.Дупака вызвали наверх, топали ножищами на него: Как поэт мог позволить себе сказать про счастливый день?! Оказалось, что в этот день на Красной площади были похороны Ф. Г. Козлова, кровавого могущественнейшего временщика, второго лица в государстве.

Многие нынешние идеи гласности родились на Таганке. Зритель там был особо талантлив. Таганская нация интеллигенция высшей пробы. Великим зрителем была молодая, мыслящая революционно интеллигенция, пытавшаяся изменить страну. Зал взрывался не только от политических острот, но и от художественных озарений. Вопреки застойным временам, создавались шедевры.

На Таганке я познакомился с Н. Р. Эрдманом, П. Л. Капицей, с молодым А. Д. Сахаровым. Правительственной ложи в зале не было. На премьере Пушкина я оглянулся рядышком тесно сидели опальный А. Д. Сахаров, диссиденты, член Политбюро Полянский, космонавт, подпольный миллионер, либеральный партаппарат, светские львицы, студенты, шуршавшие самиздатом.

Многие вещи родились, вдохновленные духом Таганки, оп-опера Дама Треф, Провала прошу, Песня о Мейерхольде, написанная к задуманному спектаклю с музыкой А. Шнитке.

Любимов мыслил нестандартно он даже меня приглашал на роль Гамлета. Блистательным Гамлетом стал поэт Высоцкий.

На заре театра Ю. П. Любимов, вместе с министром культуры Е. А. Фурцевой и ее приближенными обходя здание, ввел ее в свой кабинет и показал на только что оштукатуренные стены: А здесь мы попросим расписываться известных людей...

Разрумянясь от шампанского, министр захлопала в сухие ладошки и обернулась ко мне: Ну, поэт, начните! Напишите нам экспромт! Получив толстенный фломастер, я написал поперек стены: Все богини как поганки перед бабами с Таганки!

У Ю. П. вспыхнули искры в глазах. Министр передернулась, молча развернулась и возмущенно удалилась. Надпись потом пытались смыть губкой, но она устояла.

Впоследствии Фурцева приезжала запрещать Кузькина. Я тогда выступил против нее, в защиту спектакля, хотя даже вход тогда в зал был строжайше запрещен будто шла речь о водородной бомбе, а не о спектакле. Впрочем, сама Фурцева была незлым человеком эпоха была такова.

Если Кузькин был, наверное, самым смелым спектаклем Таганки, то Берегите ваши лица, второй наш спектакль, был самым красивым спектаклем-метафорой. Я уже осилил написать пьесу. Начинался спектакль заклинанием: тьма-тьма-тьмать-мать. Из тьмы застоя вдруг рождалась творческая жизнь мать...

Почти год мы репетировали, не расставались. В. Высоцкий играл главную роль Поэта. По его желанию мы вставили Охоту на волков и еще одну его песню Ноты, написанную для этого спектакля. Лица прошли три раза. Потом их напрочь запретили. Меня уламывали снять Волков. Тогда якобы будет легче отстоять спектакль. Я, конечно, на это не мог пойти. Спектакль погиб. Любимов был отстранен от работы, а когда восстановлен, то над Лицами продолжало висеть запрещение, ибо существовало решение горкома по спектаклю, так и не снятое.

Победы давались ценой жертв, напряжения воли. Но театр оставался веселым, праздничным. И при всех дерзких сюрреалистических авангардных поисках, восхищавших знатоков, Таганка никогда не теряла духа площади, свободы. Не случайно в новом здании театра задняя стена за сценой распахивается прямо на улицу. Все театры начинаются с вешалки, Таганка с площади.

Парадоксально, что шедевры Таганки созданы в годы так называемого застоя, вопреки ему, под постоянным прессом запрета. Таким же чудом, адским напряжением, кровью осуществлялись спектакли О. Ефремова, Холстомер Г. Товстоногова и М. Розовского, Крутой маршрут Г. Волчек, фильмы Тарковского, Юнона и Авось М. Захарова. Пресс запрета ломал судьбы, но и озарял трагизмом таланты Татьяны Самойловой, Татьяны Лавровой, Олега Даля. Лишь колдовством Воланда можно объяснить выпуск Мастера, так же как и предшествующее опубликование книги. Казалось, стиснутый стон страны, политическая немота сублимировались в одинокие прорывы искусства. Но тайными, невидимыми капиллярами они были вместе. Так рождался стиль Любимова зрительная метафора. Сжавши зубы, ты работала, Таганка. Капитан твой лишь два раза пропустил репетиции один раз хоронил Твардовского, другой мать. Даже классические работы по Достоевскому, Шекспиру, даже горьковская Мать, Борис Годунов все натыкалось на преграду. В результате на Таганке не стало Любимова.

После отъезда Ю. П. я перестал бывать на Таганке. Театр перестал быть собой, пытались изменить генетический код Таганки. Ни разу я не смог заставить себя зайти в театр, несмотря на все настойчивые приглашения. Хотя я очень ценил А.Эфроса как режиссера, мастера великого. Глупо, наверное, но ничего с собой не мог поделать. (Лишь раз, поборов себя, пришел проститься с Мастером и Маргаритой перед тем, как спектакль сняли, но это я приходил к прошлому театру.) Очень больно было за актеров.

Когда ввели в культуру танки,

я не подыгрывал подлянке

не преступал порог Таганки,

когда в ней не было Таганки.

Не корчу из себя гиганта,

но просто иначе не мог.

С новым рождением, Таганка!

Вот он, твой бог и твой порог.

Дни рождения свои таганцы справляли шумно, вся Москва собиралась. Помню, на одном из юбилеев я сдуру на счастье разбил огромного глиняного дымковского петуха, в другой раз купил на птичьем рынке щенка восточноевропейской овчарки и подарил его театру, чтобы он охранял от врагов.

Потом щенка этого взяла себе на воспитание А. Демидова, а когда зверь вымахал в страшенное чудовище и стал выживать ее из квартиры, подарила его кому-то в Черноголовку.

Мало кто знает, что Ю. П. сам пишет стихи. Вот один из его шедевров:

Была у меня девочка,

как белая тарелочка.

Очи как очко.

Не разбей ее...

Л. В. Целиковская очень серчала на эти стихи, не в силах оценить поэтичность образа. Я же поддерживал смущенного стихотворца. В очередной день рождения я написал ему стихи.

Вы мне читаете, притворщик,

свои стихи в порядке бреда.

Вы режиссер, Юрий Петрович,

но я люблю Вас как поэта...

 

Когда актеры, грим обтерши,

выходят, истину отведав,

вы божьей милостью актеры,

но я люблю вас как поэтов...

Учи нас тангенсам котангенсам,

таганская десятилетка.

Мы с вами, зрители Таганки.

По совокупности поэты...

Когда молчит святая лира,

заправив бензобак петролем,

вы придуряетесь под Лира.

Но вы поэт, Юрий Петрович...

И мне иное время помнится,

когда крылатой серафимов

ко мне в Елоховскую комнату

явился кожаный Любимов...

То чувство страшно потерять,

но не дождутся, чтобы где-то

во мне зарезали Театр,

а в вас угробили Поэта.

Эта особая поэтичная триада режиссер актеры зрители и называется Таганкой.

Белогривому осеннему юбиляру на его 80-летие я подарил классическую греческую амфору, которую белилами исписал стихами и в формовке которой самолично принимал участие. Авангард становится классикой.

На наших глазах рок произвел электрогитаризацию всей страны. В этом есть плюс. Процессы подключились к мировому энергетическому полю. Родилась субкультура.

Но первым гитарным театром была Таганка, и в первом своем гитарном спектакле прокричала в усилители:

Рок-н-ролл, об стену сандалии!

Ром в рот. Лица как неон.

Ревет музыка скандальная...

Рок! Рок! Sos! Sos!

Таганцы это в рот произносили по-русски, даже по-лагерному рождались тематика и стиль русского рока.

Любимый сын Таганки В. Высоцкий в отличие от запстаров был деликатен в жизни. Он мог бы закатить свадьбу на Манежной площади все равно не хватило бы мест. Помню, он подошел и торжественно-иронически произнес: Имею честь пригласить вас на свадьбу, которая состоится 13 января 1970 года. Будут только свои. На торжестве в снятой накануне однокомнатной квартирке на 2-й Фрунзенской набережной, за один день превращенной М. В. Влади в уютное гнездышко, мы с Зоей встретили лишь Ю. Любимова, Л. Целиковскую, В. Абдулова, режиссера А. Митту с женой Люсей, изготовившей сказочно роскошный пирог. Владимир был светлогрустен, молчал, ничего не пригубил.

Зураб Церетели вспоминает, как мы с ним скинулись на несколько бутылок вина. Трудно представить, как небогаты мы все были. Потом молодожены, по приглашению Зураба, уехали в путешествие по Грузии...

В оглавление раздела

Главная страница